Добавить
Уведомления

К чему пенять на красавца Михаила!-2

СТИХ МИХАИЛА ГУНДАРИНА ПРОГУЛКИ 3. Видишь, справа гастроном под названием «Диета»? Торговали там вином в дни Великого Запрета. Там несчастен был народ! Был и я с моим народом дни и ночи напролёт, словно в песне, год за годом. Вдохновенная душа сквозь сумятицу и давку продвигалась не спеша к заповедному прилавку. Голубые города! Удивительное рядом! А теперь смотрю туда равнодушным, вялым взглядом. 4. Десять лет тому назад нас не старили столетья. Мы глотали сопромат вместо сладкого, на третье. Зеленеющим кустам лестны лёгкие морозы, как цензура – трём листам начинающейся прозы. Впрочем, в эти времена ты была надеждой школы... Значит, речь моя скучна, как похмелье с кока-колы, как в застолье спич о том, чем кончается веселье: не больным ли животом и ментовскою шинелью? *** МОЯ ПАРОДИЯ 3. Не ревнуй меня сейчас к той Ахматовой, что Анной прозывалась. Мой Парнас точно не был скрыт сутаной. Потому ходил в народ: в гастрономы; к королевам. Лишь последний идиот юность сдал иным напевам. Так пойдём теперь с тобой в те места, где я и Анна, были вместе со страной (там не ходят графоманы). В те места, где крылья птиц развернутся и защитой станут от других блудниц и подруги именитой. 4. Сорок лет тому назад был немного я моложе, но пока ещё засад на моём хватает ложе. Лягу если на диван, сразу что-нибудь готово: то поэма, то роман. Гениально через слово. Неспроста ведь сопромат я глотал студентом вуза. Налицо и результат – Посещает ночью муза. Вот опять ревнуешь ты. Муза – это ведь не Анна. Это чтоб из темноты образ вынырнул спонтанный. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

12+
8 просмотров
2 года назад
12+
8 просмотров
2 года назад

СТИХ МИХАИЛА ГУНДАРИНА ПРОГУЛКИ 3. Видишь, справа гастроном под названием «Диета»? Торговали там вином в дни Великого Запрета. Там несчастен был народ! Был и я с моим народом дни и ночи напролёт, словно в песне, год за годом. Вдохновенная душа сквозь сумятицу и давку продвигалась не спеша к заповедному прилавку. Голубые города! Удивительное рядом! А теперь смотрю туда равнодушным, вялым взглядом. 4. Десять лет тому назад нас не старили столетья. Мы глотали сопромат вместо сладкого, на третье. Зеленеющим кустам лестны лёгкие морозы, как цензура – трём листам начинающейся прозы. Впрочем, в эти времена ты была надеждой школы... Значит, речь моя скучна, как похмелье с кока-колы, как в застолье спич о том, чем кончается веселье: не больным ли животом и ментовскою шинелью? *** МОЯ ПАРОДИЯ 3. Не ревнуй меня сейчас к той Ахматовой, что Анной прозывалась. Мой Парнас точно не был скрыт сутаной. Потому ходил в народ: в гастрономы; к королевам. Лишь последний идиот юность сдал иным напевам. Так пойдём теперь с тобой в те места, где я и Анна, были вместе со страной (там не ходят графоманы). В те места, где крылья птиц развернутся и защитой станут от других блудниц и подруги именитой. 4. Сорок лет тому назад был немного я моложе, но пока ещё засад на моём хватает ложе. Лягу если на диван, сразу что-нибудь готово: то поэма, то роман. Гениально через слово. Неспроста ведь сопромат я глотал студентом вуза. Налицо и результат – Посещает ночью муза. Вот опять ревнуешь ты. Муза – это ведь не Анна. Это чтоб из темноты образ вынырнул спонтанный. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

, чтобы оставлять комментарии