Трасса Улан-Удэ - Иркутск. Короткий привал.
График — жесткая вещь, особенно когда тебя ждёт целый город. В Иркутск мы опаздывали и гнали, насколько позволяла дорога и осторожность. Но даже у железа и людей есть предел. Где-то на полпути, на одном из безымянных перевалов, увидели более-менее ровную площадку у обочины. Решение пришло мгновенно: «Стоп. Привал. Десять минут». Не было времени останавливаться в каком либо придорожном кафе. В ход пошло то самое, чем снабдили нас в дорогу наши гостеприимные друзья из Улан-Удэ. Достали из багажников сухой паек, пирожки, которыми угощали нас после полуночи, домашнюю снедь. Всё уже было не горячим, но от этого не менее вкусным и бесценным. Мы стояли на ветру, на краю дороги, в окружении суровых сибирских склонов, и наспех, энергично перекусывали. Буза — одним быстрым укусом, чай из термосов — большими глотками. Это был не обед, а заправка горючим, дозаправка духом. Каждый кусок напоминал о тёплом приёме в Бурятии, о братских объятиях и белом хадаке. Эта простая еда согревала не столько желудки, сколько сердца, напоминая, ради кого и благодаря кому мы мчимся по этому маршруту. Ровно через десять минут, сбросив крошки и запихнув упаковки обратно в машины, мы рванули дальше. Но теперь — с новыми силами и с чувством, что за нами тянется незримый шлейф гостеприимства от Улан-Удэ до самого Иркутска. Иногда лучший привал — не тот, что долгий, а тот, что наполнен смыслом и памятью о друзьях. Спасибо, братья-буряты! Ваши пирожки гнали нас вперёд лучше любого двигателя.
График — жесткая вещь, особенно когда тебя ждёт целый город. В Иркутск мы опаздывали и гнали, насколько позволяла дорога и осторожность. Но даже у железа и людей есть предел. Где-то на полпути, на одном из безымянных перевалов, увидели более-менее ровную площадку у обочины. Решение пришло мгновенно: «Стоп. Привал. Десять минут». Не было времени останавливаться в каком либо придорожном кафе. В ход пошло то самое, чем снабдили нас в дорогу наши гостеприимные друзья из Улан-Удэ. Достали из багажников сухой паек, пирожки, которыми угощали нас после полуночи, домашнюю снедь. Всё уже было не горячим, но от этого не менее вкусным и бесценным. Мы стояли на ветру, на краю дороги, в окружении суровых сибирских склонов, и наспех, энергично перекусывали. Буза — одним быстрым укусом, чай из термосов — большими глотками. Это был не обед, а заправка горючим, дозаправка духом. Каждый кусок напоминал о тёплом приёме в Бурятии, о братских объятиях и белом хадаке. Эта простая еда согревала не столько желудки, сколько сердца, напоминая, ради кого и благодаря кому мы мчимся по этому маршруту. Ровно через десять минут, сбросив крошки и запихнув упаковки обратно в машины, мы рванули дальше. Но теперь — с новыми силами и с чувством, что за нами тянется незримый шлейф гостеприимства от Улан-Удэ до самого Иркутска. Иногда лучший привал — не тот, что долгий, а тот, что наполнен смыслом и памятью о друзьях. Спасибо, братья-буряты! Ваши пирожки гнали нас вперёд лучше любого двигателя.
