Пусть через годы и столетия...
Пусть через годы и столетия, Пусть в жаркий зной иль холода, Как стебель ландыша – соцветие. Тебя дождусь я у пруда. У наших ив, где ты в безмолвии, Среди кромешной темноты, Очей моих ловила молнии Вуалью призрачной фаты. Так думал я, но ты, печальная, Глядя на дальние холмы, Куда ведёт дорога дальняя, А край неведом и размыт. Ушёл бы вмиг, но ты всё думаешь, Терять ли то, что есть уже, Иль града быть частицей шумною, Да не на первом этаже. Где всё же рядом в клумбах пятнами Шалфей дубравный и герань, И пахнет так душистой мятою, В июле в утреннюю рань. Решать тебе… Отбили часики Давно уж полночь, но я там, Где ты ещё играла в » классики», А я, конечно, по пятам. И верю, будь ты за туманами, Или взлетела к небесам, Дождусь тебя, не мальчуганом уж, Но думы думающий сам.
Пусть через годы и столетия, Пусть в жаркий зной иль холода, Как стебель ландыша – соцветие. Тебя дождусь я у пруда. У наших ив, где ты в безмолвии, Среди кромешной темноты, Очей моих ловила молнии Вуалью призрачной фаты. Так думал я, но ты, печальная, Глядя на дальние холмы, Куда ведёт дорога дальняя, А край неведом и размыт. Ушёл бы вмиг, но ты всё думаешь, Терять ли то, что есть уже, Иль града быть частицей шумною, Да не на первом этаже. Где всё же рядом в клумбах пятнами Шалфей дубравный и герань, И пахнет так душистой мятою, В июле в утреннюю рань. Решать тебе… Отбили часики Давно уж полночь, но я там, Где ты ещё играла в » классики», А я, конечно, по пятам. И верю, будь ты за туманами, Или взлетела к небесам, Дождусь тебя, не мальчуганом уж, Но думы думающий сам.