Зима-6
Рябина тонкая, развесив гроздья алые, Роняет ягоды багровые под ноги, Ещё листочки, свесив солнца запоздалые, Тень образуют кружевную на дороге. Вечерний сумрак блик кидает паутины На лужи хладные, подсвечивая тропку, Иду, а рядом писк звенящий, комариный, Да гул пчелиный, как всегда под вечер, робкий. Пред ночью все равны, заря ушла за горы, Полёта бабочек, трепещущих не видно, Дойти бы мне до деревянного забора, Один такой на всю округу, даже стыдно. А впрочем, что стыдиться, коль претит железо, На металлическое - шок и аллергия, Всё, что построил я, до чопика, из леса, В том, божьей волею, видать, моя стихия. Ведь деревянное, оно всегда живое, И пахнут осенью златой в избушке стены, Оно на годы, даже пусть, недорогое, За что ценю, оно просто и откровенно. Зимой приятно посидеть у жаркой печки, И надышаться сутью, истинно земною… Придёт же время – замолчит моё сердечко, То в землю, в домике из дерева, зароют. * * * Уж зима за окошком, лето Улетело с ветрами в море, На цветастом платке рассвета Разлилось чёрной кляксой горе. То от взрывов огонь кровавый И дымы от горящей плоти, Разлетаясь недоброй славой, Ведьмаками ревут в болоте. И телами во рвах-окопах, Что пропахли травой-полынью, На известных лишь чертям тропах Рвутся в бой почерневшей стынью. Молодёжь, старики по норам, Вдалеке от родного дома, Сей войною убитым хором, Шевелятся корой разлома. И сочатся вишнёвым соком, Из крови ль, или слив прокисших Тех, ушёл кто во тьму до срока, Части тел, на кустах повисших. Всех их ждали, актёров драмы- На костях не своих помостов, Сыновья с дочерями, мамы... Что в остатке? Мечты лишь остов! Ни могилы с крестом, ни славы, По тебе ни пиров, ни тризны, Слева ноги, а руки справа - Лишь скелет на снегах Отчизны * * * Как же всё это давно было, а кажется - вчера... За туманом детства в дымке сизокрылой, Принакрывшись снегом, домик твой стоит, У окошка тихо, словно с лучшим другом, Тонкая рябина с ветром говорит. Ветками-руками в дом к тебе стучится, Словно голубь сизый весточку несёт Об ушедшем лете, что так часто снится И во снах тревожных предъявляет счёт. За туманом детства в дымке сизокрылой, В перезвоне вёдер к речке по снегу, Ты, моя родная, тропку проложила, Словно ясный месяц сквозь ночную мглу Этой узкой тропкой, след в снегах оставив, На заре, быть может, к проруби по льду, Запятые точки в повести расставив, Чтоб увидеть лето, снова я приду За туманом детства белый снег искрится, В пересвисте ветра с песней снегиря Пусть тебе, родная, сладко-сладко спится, Пусть тебе приснится алая заря. Пусть тебе приснится сад в кипени белой, Где от трелей птичьих в сердце тает лёд, А от откровений дрожь бежит по телу И ознобом душу раненую бьёт. Белою метелью вьются годы-думы, Но, как прежде, в дымке домик твой стоит, А у окон стылых, словно с милым другом, Тонкая рябина с ветром говорит. Украина, Белоруссия, Алтай 1973 - 2025годы
Рябина тонкая, развесив гроздья алые, Роняет ягоды багровые под ноги, Ещё листочки, свесив солнца запоздалые, Тень образуют кружевную на дороге. Вечерний сумрак блик кидает паутины На лужи хладные, подсвечивая тропку, Иду, а рядом писк звенящий, комариный, Да гул пчелиный, как всегда под вечер, робкий. Пред ночью все равны, заря ушла за горы, Полёта бабочек, трепещущих не видно, Дойти бы мне до деревянного забора, Один такой на всю округу, даже стыдно. А впрочем, что стыдиться, коль претит железо, На металлическое - шок и аллергия, Всё, что построил я, до чопика, из леса, В том, божьей волею, видать, моя стихия. Ведь деревянное, оно всегда живое, И пахнут осенью златой в избушке стены, Оно на годы, даже пусть, недорогое, За что ценю, оно просто и откровенно. Зимой приятно посидеть у жаркой печки, И надышаться сутью, истинно земною… Придёт же время – замолчит моё сердечко, То в землю, в домике из дерева, зароют. * * * Уж зима за окошком, лето Улетело с ветрами в море, На цветастом платке рассвета Разлилось чёрной кляксой горе. То от взрывов огонь кровавый И дымы от горящей плоти, Разлетаясь недоброй славой, Ведьмаками ревут в болоте. И телами во рвах-окопах, Что пропахли травой-полынью, На известных лишь чертям тропах Рвутся в бой почерневшей стынью. Молодёжь, старики по норам, Вдалеке от родного дома, Сей войною убитым хором, Шевелятся корой разлома. И сочатся вишнёвым соком, Из крови ль, или слив прокисших Тех, ушёл кто во тьму до срока, Части тел, на кустах повисших. Всех их ждали, актёров драмы- На костях не своих помостов, Сыновья с дочерями, мамы... Что в остатке? Мечты лишь остов! Ни могилы с крестом, ни славы, По тебе ни пиров, ни тризны, Слева ноги, а руки справа - Лишь скелет на снегах Отчизны * * * Как же всё это давно было, а кажется - вчера... За туманом детства в дымке сизокрылой, Принакрывшись снегом, домик твой стоит, У окошка тихо, словно с лучшим другом, Тонкая рябина с ветром говорит. Ветками-руками в дом к тебе стучится, Словно голубь сизый весточку несёт Об ушедшем лете, что так часто снится И во снах тревожных предъявляет счёт. За туманом детства в дымке сизокрылой, В перезвоне вёдер к речке по снегу, Ты, моя родная, тропку проложила, Словно ясный месяц сквозь ночную мглу Этой узкой тропкой, след в снегах оставив, На заре, быть может, к проруби по льду, Запятые точки в повести расставив, Чтоб увидеть лето, снова я приду За туманом детства белый снег искрится, В пересвисте ветра с песней снегиря Пусть тебе, родная, сладко-сладко спится, Пусть тебе приснится алая заря. Пусть тебе приснится сад в кипени белой, Где от трелей птичьих в сердце тает лёд, А от откровений дрожь бежит по телу И ознобом душу раненую бьёт. Белою метелью вьются годы-думы, Но, как прежде, в дымке домик твой стоит, А у окон стылых, словно с милым другом, Тонкая рябина с ветром говорит. Украина, Белоруссия, Алтай 1973 - 2025годы