Так я сумел отлынить от Афгана
СТИХ АЙДАРА ХУСАИНОВА ВОЕННЫЕ СБОРЫ В пустыне возле Оренбурга Есть некий лагерь. Я там был, Считая за день каждый день, По счёту тридцать. Что сказать Об этой местности убогой, Где лето серое и дождик Едва-едва доходит до земли? Мне стыдно то, что я там был. Что я там был, и пил огонь и воду, И вдохновлялся дымом креозота, И видел пушек прыгающих сны. Как хорошо на время умереть, Как страшно просыпаться одиноким И повторять какие-то слова – Афган, Шинданд, иль, скажем, Оренбург. А я живу на берегу Уфы И помню то, чего не знаю. *** МОЯ ПАРОДИЯ Пришла пустыня в Оренбуржье. Сахара ли тому виной Иль Каракум, не столь уж важно. Важнее то, что я там был. И там считать я научился До тридцати. Тут дождь полил. Забыл я, как считать, мгновенно. Но что забыл, совсем не стыдно Коль не забыл бы, было б хуже. Стыднее было бы с кентами Вести беседы равноправно. Я умирал при наступленьях ночи. А поутру обычно возрождался. Так я сумел отлынить от Афгана И до сих пор считать я не умею. «Что-то с памятью моей стало: всё, что было не со мной, помню...»
СТИХ АЙДАРА ХУСАИНОВА ВОЕННЫЕ СБОРЫ В пустыне возле Оренбурга Есть некий лагерь. Я там был, Считая за день каждый день, По счёту тридцать. Что сказать Об этой местности убогой, Где лето серое и дождик Едва-едва доходит до земли? Мне стыдно то, что я там был. Что я там был, и пил огонь и воду, И вдохновлялся дымом креозота, И видел пушек прыгающих сны. Как хорошо на время умереть, Как страшно просыпаться одиноким И повторять какие-то слова – Афган, Шинданд, иль, скажем, Оренбург. А я живу на берегу Уфы И помню то, чего не знаю. *** МОЯ ПАРОДИЯ Пришла пустыня в Оренбуржье. Сахара ли тому виной Иль Каракум, не столь уж важно. Важнее то, что я там был. И там считать я научился До тридцати. Тут дождь полил. Забыл я, как считать, мгновенно. Но что забыл, совсем не стыдно Коль не забыл бы, было б хуже. Стыднее было бы с кентами Вести беседы равноправно. Я умирал при наступленьях ночи. А поутру обычно возрождался. Так я сумел отлынить от Афгана И до сих пор считать я не умею. «Что-то с памятью моей стало: всё, что было не со мной, помню...»
