Мои стихи в раю давно звучат
СТИХ ЕВГЕНИЯ БАРАТЫНСКОГО ОСЕНЬ/СЕНТЯБРЬ МОЖНО ПРОЧТТАТЬ ТУТ: https://www.culture.ru/poems/25865/sentyabr?ysclid=lah4r4qm4r666883599 *** МОЯ ПАРОДИЯ 1 Я тоже спеть могу о сентябре И солнце описать совсем иным, Чем в мае, в августе и в январе, Хоть словом очень сочным, хоть скупым. Хотите сочным? Есть их у меня! Вот расписной в округе терем. Верней, как терем, лес стоит, маня Всей пестротой своих материй: Лиловый, золотой, багряный лес С холста как будто Левитана слез. 2 Да, то сентябрь! а вовсе не декабрь И не январь. Сентябрь не лето, Но не октябрь и даже не ноябрь, Хотя у лета песня спета. Ветра в округе с воем загудят, Дожди прольются, как из душа. Зайдётся в хороводе листопад, Дрянной и мокрой станет суша. Итог нехитрый: лето позади, Зима, поверь, читатель, впереди. 3 .... 4 Иду теперь я поле оглядеть. Не только лес мне интересен. Мой взор желает вновь запечатлеть, Насколько в сентябре полезен Крестьянин крепостной мой (как сей раб Возделывает землю господина): Силён ещё он или же ослаб? Взыскать иль пусть живёт, вражина? Гляжу, вовсю старается мой раб. Таких бы тьму – вот это б был масштаб! 5 Пойду по полю дальше я пройдусь. Крестьянина ещё увижу, Быть может, одного. И улыбнусь, Увижу если двух. Их не обижу, Старание увижу если в них В лепёшку расшибиться в поле Во имя сентября и всех святых Дворян, что держат их в неволе. Рабы пусть пашут ночи напролёт, А сами пусть едят, что бог пошлёт. 6 Пора чуток отвлечься от забот Мирских и перейти к искусству, Метафору схватить (души оплот) За хвост. Аллюзии не гу́сты. Вот осенью о чём грустит поэт (Не понятый, но гениальный)? О том, что жизнь вверх дном летит в кювет. Сентябрь – то рубеж почти финальный. 7 Нырну я в грёзы ласточкой свои, Но лезут о крестьянах мысли Мне в голову: метафоры бои Ведут в уме – мозги прогрызли. Богаче вдруг крестьянин сей меня? Вдруг урожай сокрыл, паршивец? Иль золото (а это не фигня)? Поэт я – значит, прозорливец! Коль раб укрыл богатство и зерно, 8 О человек, читающий сей стих, Ты не поймёшь моих прозрений. Пускай в поэзии ты даже лих, И слышал много откровений, Поймёшь меня на смертном лишь одре. Наверно, но не безусловно. Перед попом, пред падре иль кюре В мой стих проникнешь ты духовный. И так помрёшь, страдая, что не смог 9 Во всё мне горло хочется кричать. Горланить из души, из сердца. Из тела целиком, ведь я смолчать, Припомнив наглость земледельца, Не смог. Что силы есть сейчас ору. Во всю Ивановскую, словно Младенец я грудной, и поутру Вселенной показал готовность Мамашкино откушать молоко: От ползунка старик ушёл недалеко. 10 Пусть я уже забыл о сентябре, Я не забыл о земледельце. Об этом буду помнить век хмыре, Обстряпавшем худое дельце. Мне память также позабыть не даст О честном мире и Вселенной. Я поэтический Екклесиаст Создал библейский полноценный. Отбрось, читатель, радости свои Пусты́ они. Читай стихи мои! 11 Не нытик я, хоть ноется в груди. Вернее, плачет ночью сердце. Не ноется, а плачется среди Тупых крестьянских иноверцев. Свой ум и сердце я угомоню Они в ладу с собой должны быть. Но часто им обоим говорю: «Читателя потребно вздыбить! Прекрасное мгновение, замри! Ум с сердцем, ссорьтесь, чёрт вас подери!» 12 Как бабка Ванга, прозреваю всё, Что не видать простому глазу. Как Нострадамус, мыслями бросок Я делаю в грядущее. Гримасу Мне будущее корчит: мятежи, И голоса нечеловечьи Звучат там. Войны. Миражи. Коль вижу это, стану вечным. Себе я вечный памятник воздвиг Из ста томов моих партийных книг. 3 Авторитету стоит в ноги пасть, Как перед промыслом Господним, С глубоким осознанием: он – власть Над всем духовным и народным. Мои стихи науке не познать. Весь урожай зерна планеты В одном ряду не сможет с ними встать. Лишь золото и самоцветы! Мои стихи в раю давно звучат. Кто не читал, прозрением разят. 14 Пусть я брожу по лесу иль иду По полю, местность озирая, Испытывает разум мой нужду Поведать: есть земля другая. Что бьётся океан о берега, Мои глаголы призывая. Что недалёк тот день, когда пурга (не слов, а снега), невзирая На общее желание тепла, Ворвётся. Ясно вижу. Мне хвала. 15 Я ясновидец. Знаю, что звезда Одна какая-то погибнет. На смену ей придёт не лабуда И к небу навсегда прилипнет. Звездой-нелабудой предстану я С поэзией своей бессмертной. И больше звёзд вверху кишеть кишмя, По мнению тусни экспертной, Не будет много-много тысяч лет. Я из грядущего вам шлю привет. 16 О чём я начинал вам говорить? Или писать?.. Пора припомнить. Ах, да! Сентябрь и осень. Тормозить Я начал в возрасте. Объёмна Поэта ноша на моих плечах: Отождествил я жизнь со смертью. Мой образ сентября в твоих мечтах Останется. И круговертью Века, года́ и го́да времена Закружатся – всему придёт хана.
СТИХ ЕВГЕНИЯ БАРАТЫНСКОГО ОСЕНЬ/СЕНТЯБРЬ МОЖНО ПРОЧТТАТЬ ТУТ: https://www.culture.ru/poems/25865/sentyabr?ysclid=lah4r4qm4r666883599 *** МОЯ ПАРОДИЯ 1 Я тоже спеть могу о сентябре И солнце описать совсем иным, Чем в мае, в августе и в январе, Хоть словом очень сочным, хоть скупым. Хотите сочным? Есть их у меня! Вот расписной в округе терем. Верней, как терем, лес стоит, маня Всей пестротой своих материй: Лиловый, золотой, багряный лес С холста как будто Левитана слез. 2 Да, то сентябрь! а вовсе не декабрь И не январь. Сентябрь не лето, Но не октябрь и даже не ноябрь, Хотя у лета песня спета. Ветра в округе с воем загудят, Дожди прольются, как из душа. Зайдётся в хороводе листопад, Дрянной и мокрой станет суша. Итог нехитрый: лето позади, Зима, поверь, читатель, впереди. 3 .... 4 Иду теперь я поле оглядеть. Не только лес мне интересен. Мой взор желает вновь запечатлеть, Насколько в сентябре полезен Крестьянин крепостной мой (как сей раб Возделывает землю господина): Силён ещё он или же ослаб? Взыскать иль пусть живёт, вражина? Гляжу, вовсю старается мой раб. Таких бы тьму – вот это б был масштаб! 5 Пойду по полю дальше я пройдусь. Крестьянина ещё увижу, Быть может, одного. И улыбнусь, Увижу если двух. Их не обижу, Старание увижу если в них В лепёшку расшибиться в поле Во имя сентября и всех святых Дворян, что держат их в неволе. Рабы пусть пашут ночи напролёт, А сами пусть едят, что бог пошлёт. 6 Пора чуток отвлечься от забот Мирских и перейти к искусству, Метафору схватить (души оплот) За хвост. Аллюзии не гу́сты. Вот осенью о чём грустит поэт (Не понятый, но гениальный)? О том, что жизнь вверх дном летит в кювет. Сентябрь – то рубеж почти финальный. 7 Нырну я в грёзы ласточкой свои, Но лезут о крестьянах мысли Мне в голову: метафоры бои Ведут в уме – мозги прогрызли. Богаче вдруг крестьянин сей меня? Вдруг урожай сокрыл, паршивец? Иль золото (а это не фигня)? Поэт я – значит, прозорливец! Коль раб укрыл богатство и зерно, 8 О человек, читающий сей стих, Ты не поймёшь моих прозрений. Пускай в поэзии ты даже лих, И слышал много откровений, Поймёшь меня на смертном лишь одре. Наверно, но не безусловно. Перед попом, пред падре иль кюре В мой стих проникнешь ты духовный. И так помрёшь, страдая, что не смог 9 Во всё мне горло хочется кричать. Горланить из души, из сердца. Из тела целиком, ведь я смолчать, Припомнив наглость земледельца, Не смог. Что силы есть сейчас ору. Во всю Ивановскую, словно Младенец я грудной, и поутру Вселенной показал готовность Мамашкино откушать молоко: От ползунка старик ушёл недалеко. 10 Пусть я уже забыл о сентябре, Я не забыл о земледельце. Об этом буду помнить век хмыре, Обстряпавшем худое дельце. Мне память также позабыть не даст О честном мире и Вселенной. Я поэтический Екклесиаст Создал библейский полноценный. Отбрось, читатель, радости свои Пусты́ они. Читай стихи мои! 11 Не нытик я, хоть ноется в груди. Вернее, плачет ночью сердце. Не ноется, а плачется среди Тупых крестьянских иноверцев. Свой ум и сердце я угомоню Они в ладу с собой должны быть. Но часто им обоим говорю: «Читателя потребно вздыбить! Прекрасное мгновение, замри! Ум с сердцем, ссорьтесь, чёрт вас подери!» 12 Как бабка Ванга, прозреваю всё, Что не видать простому глазу. Как Нострадамус, мыслями бросок Я делаю в грядущее. Гримасу Мне будущее корчит: мятежи, И голоса нечеловечьи Звучат там. Войны. Миражи. Коль вижу это, стану вечным. Себе я вечный памятник воздвиг Из ста томов моих партийных книг. 3 Авторитету стоит в ноги пасть, Как перед промыслом Господним, С глубоким осознанием: он – власть Над всем духовным и народным. Мои стихи науке не познать. Весь урожай зерна планеты В одном ряду не сможет с ними встать. Лишь золото и самоцветы! Мои стихи в раю давно звучат. Кто не читал, прозрением разят. 14 Пусть я брожу по лесу иль иду По полю, местность озирая, Испытывает разум мой нужду Поведать: есть земля другая. Что бьётся океан о берега, Мои глаголы призывая. Что недалёк тот день, когда пурга (не слов, а снега), невзирая На общее желание тепла, Ворвётся. Ясно вижу. Мне хвала. 15 Я ясновидец. Знаю, что звезда Одна какая-то погибнет. На смену ей придёт не лабуда И к небу навсегда прилипнет. Звездой-нелабудой предстану я С поэзией своей бессмертной. И больше звёзд вверху кишеть кишмя, По мнению тусни экспертной, Не будет много-много тысяч лет. Я из грядущего вам шлю привет. 16 О чём я начинал вам говорить? Или писать?.. Пора припомнить. Ах, да! Сентябрь и осень. Тормозить Я начал в возрасте. Объёмна Поэта ноша на моих плечах: Отождествил я жизнь со смертью. Мой образ сентября в твоих мечтах Останется. И круговертью Века, года́ и го́да времена Закружатся – всему придёт хана.