И во тьме можно больше поймать
СТИХ АЙДАРА ХУСАИНОВА Мальчик Лёва и девочка Катя Взялись за руки на берегу. Там горела свеча на закате, Освещая летящую мглу. Вот она догорит и погаснет, И останутся дети одни. И вода отражением ясным Заблестит в уходящей тени. Как внезапно пришло отделенье Дня от ночи и света от тьмы! Вся-то жизнь называлась мгновенье, И окончилась легче чумы. Разлетелась на две половины, И увидеть уже не могу, Человек или плачущий ливень На далеком стоит берегу. *** МОЯ ПАРОДИЯ Мгла куда-то летела, но свечка Разгоняла её огоньком. Мальчик Лёва замолвил словечко. Назвала Катерина козлом. – Мы не дети! – настаивал мальчик. Верно то: восемнадцать ему. Да и девочке двадцать. В подвальчик Неспроста же пошла (в эту тьму). Тут другие спустились сюда же. Пар пятнадцать. Разогнана тьма. Хоть пятнадцать пиши репортажей Или сразу в романах тома! Обсудили. Решили, что лучше Всем на берег сходить погулять: Там не будет подобной толкучки И во тьме можно больше поймать.
СТИХ АЙДАРА ХУСАИНОВА Мальчик Лёва и девочка Катя Взялись за руки на берегу. Там горела свеча на закате, Освещая летящую мглу. Вот она догорит и погаснет, И останутся дети одни. И вода отражением ясным Заблестит в уходящей тени. Как внезапно пришло отделенье Дня от ночи и света от тьмы! Вся-то жизнь называлась мгновенье, И окончилась легче чумы. Разлетелась на две половины, И увидеть уже не могу, Человек или плачущий ливень На далеком стоит берегу. *** МОЯ ПАРОДИЯ Мгла куда-то летела, но свечка Разгоняла её огоньком. Мальчик Лёва замолвил словечко. Назвала Катерина козлом. – Мы не дети! – настаивал мальчик. Верно то: восемнадцать ему. Да и девочке двадцать. В подвальчик Неспроста же пошла (в эту тьму). Тут другие спустились сюда же. Пар пятнадцать. Разогнана тьма. Хоть пятнадцать пиши репортажей Или сразу в романах тома! Обсудили. Решили, что лучше Всем на берег сходить погулять: Там не будет подобной толкучки И во тьме можно больше поймать.