Одинокой звездой...
Найди слова для своей печали, и ты полюбишь её... Оскар Уайльд Одинокой звездой, затерялись меж туч косолапо-нелепых соседки!.. Ночь глядела во тьму моих глаз из своей, так ни есть! полутьмы-полумглы, А вокруг тишина, приутих уж и смех из когда-то родной нам беседки, Ни меня у тебя, ни тебя у меня нет давно, как и гнусной хулы... Лет-то, Боже ты мой, пролетело с тех пор - ни отнять, ни сложить!.. Чёрны очи твои и тугая коса - поздний вечер минувшего лета, Возвернуться бы вновь в тот бессвязный свой сон и грехи все свои довершить, Только вот седина и сердечко в рубцах - от тоски и отсутствия света! Заставляют меня, а зачем, почему?.. саван траурный нежити шить. То есть жизни себя, навсегда и сейчас, хладнокровно лишить. Но ведь скоро июнь, а там вишенок кровь и всю ночь с соловьями цикады, И густая трава - пахнет мятой июнь - не уснёшь ни на час, ни на миг... В мае солнечном плоть, так сложилось, увы, а в душе лишь одни листопады, Да бардак в голове: в темень вмяты листы из моих ненаписанных книг. Вот и ночь за окном, а там солнечный день и приходится жить!
Найди слова для своей печали, и ты полюбишь её... Оскар Уайльд Одинокой звездой, затерялись меж туч косолапо-нелепых соседки!.. Ночь глядела во тьму моих глаз из своей, так ни есть! полутьмы-полумглы, А вокруг тишина, приутих уж и смех из когда-то родной нам беседки, Ни меня у тебя, ни тебя у меня нет давно, как и гнусной хулы... Лет-то, Боже ты мой, пролетело с тех пор - ни отнять, ни сложить!.. Чёрны очи твои и тугая коса - поздний вечер минувшего лета, Возвернуться бы вновь в тот бессвязный свой сон и грехи все свои довершить, Только вот седина и сердечко в рубцах - от тоски и отсутствия света! Заставляют меня, а зачем, почему?.. саван траурный нежити шить. То есть жизни себя, навсегда и сейчас, хладнокровно лишить. Но ведь скоро июнь, а там вишенок кровь и всю ночь с соловьями цикады, И густая трава - пахнет мятой июнь - не уснёшь ни на час, ни на миг... В мае солнечном плоть, так сложилось, увы, а в душе лишь одни листопады, Да бардак в голове: в темень вмяты листы из моих ненаписанных книг. Вот и ночь за окном, а там солнечный день и приходится жить!
