СТЕРЕО МАРКЕВИЧ 1
Среди многогранной деятельности Игоря Маркевича особое место занимает педагогическая деятельность: в разное время он руководит. курсами по совершенствованию дирижерского искусства. Так, в 1949 — 1956 годах он возглавлял дирижерский курс в Зальцбурге. А в 1962/63 учебном году Игорь Маркевич руководил дирижерским семинаром в Московской государственной консерватории. Это стало большим событием в музыкальной41 жизни столицы и получило много откликов в советской прессе. В своей рецензии на концерт Игоря Маркевича во время его гастрольной поездки в СССР замечательный советский пианист и педагог Генрих Густавович Нейгауз писал: «...мне кажется, он принадлежит к тому типу современного дирижера, для которого произведение и его исполнители, то есть оркестр и оркестранты, более важны, чем он сам, что он прежде всего служитель искусства, а не повелитель, диктатор. Такое поведение очень современно».7 Эти слова очень точно характеризуют исполнительское и творческое кредо Игоря Маркевича, которое отмечено исключительным вниманием к музыкальному тексту исполняемого произведения, стремлением к максимальному постижению замысла самого автора. Именно в этом видит Игорь Маркевич цель дирижерского искусства интерпретации, именно эти качества сделали его одним из крупнейших интерпретаторов музыки XX века. Игорь Маркевич неоднократно приезжал с гастролями в Советский Союз. Советские слушатели смогли непосредственным образом познакомиться с его дирижерским искусством. Сам Маркевич, как бы подытоживая свои творческие принципы, утверждал: «Настоящий художник не стремится к тому, чтобы им восхищались: он хочет, чтобы ему верили. Это особенно справедливо в искусстве дирижирования, ибо доверие к своему руководителю, способное воодушевить оркестр, — явление редкое, и завоевать подобное доверие нелегко (...). В самом деле, авторитет дирижера определяется его отождествлением с духом интерпретируемой музыки. Укреплению авторитета способствуют технические средства, которыми располагает дирижер, чтобы раскрыть сущность произведения. Да, музыка требует полного упорядочения нашего внутреннего состояния, прежде чем допустить нас к руководству другими музыкантами. Не могу выразить, как волнует меня мысль, что в нашем искусстве руководить означает вернуть жизнь великому сердцу, имя которому Пёрсел, Равель или Бетховен. Оно заключено в маленьких черных знаках, оно ждет нас!..» А. Пильгун
Среди многогранной деятельности Игоря Маркевича особое место занимает педагогическая деятельность: в разное время он руководит. курсами по совершенствованию дирижерского искусства. Так, в 1949 — 1956 годах он возглавлял дирижерский курс в Зальцбурге. А в 1962/63 учебном году Игорь Маркевич руководил дирижерским семинаром в Московской государственной консерватории. Это стало большим событием в музыкальной41 жизни столицы и получило много откликов в советской прессе. В своей рецензии на концерт Игоря Маркевича во время его гастрольной поездки в СССР замечательный советский пианист и педагог Генрих Густавович Нейгауз писал: «...мне кажется, он принадлежит к тому типу современного дирижера, для которого произведение и его исполнители, то есть оркестр и оркестранты, более важны, чем он сам, что он прежде всего служитель искусства, а не повелитель, диктатор. Такое поведение очень современно».7 Эти слова очень точно характеризуют исполнительское и творческое кредо Игоря Маркевича, которое отмечено исключительным вниманием к музыкальному тексту исполняемого произведения, стремлением к максимальному постижению замысла самого автора. Именно в этом видит Игорь Маркевич цель дирижерского искусства интерпретации, именно эти качества сделали его одним из крупнейших интерпретаторов музыки XX века. Игорь Маркевич неоднократно приезжал с гастролями в Советский Союз. Советские слушатели смогли непосредственным образом познакомиться с его дирижерским искусством. Сам Маркевич, как бы подытоживая свои творческие принципы, утверждал: «Настоящий художник не стремится к тому, чтобы им восхищались: он хочет, чтобы ему верили. Это особенно справедливо в искусстве дирижирования, ибо доверие к своему руководителю, способное воодушевить оркестр, — явление редкое, и завоевать подобное доверие нелегко (...). В самом деле, авторитет дирижера определяется его отождествлением с духом интерпретируемой музыки. Укреплению авторитета способствуют технические средства, которыми располагает дирижер, чтобы раскрыть сущность произведения. Да, музыка требует полного упорядочения нашего внутреннего состояния, прежде чем допустить нас к руководству другими музыкантами. Не могу выразить, как волнует меня мысль, что в нашем искусстве руководить означает вернуть жизнь великому сердцу, имя которому Пёрсел, Равель или Бетховен. Оно заключено в маленьких черных знаках, оно ждет нас!..» А. Пильгун