Отольют памятник или бюст в квартире

МОЯ ПАРОДИЯ НА СТИХ АЙДАРА ХУСАИНОВА 1. Туман и газ мне давят на мозоль. Мозоль больная – это просто годы. Минул один – кусок украл свободы, На рану снова мне посыпал соль. Люблю таскать я воду решетом. Своих друзей на то же подбиваю. Бывало тащим этак вчетвером. От этого я в кайфе пребываю. А если тащим воду в решете Мы впятером (иль шестеро нас даже), Могу я отойти и фуэте В сторонке станцевать в ажиотаже. В окно смотрю, печалюсь о былом. Так Лермонтов и Фет порой грустили. Мне б грусть мою запить сейчас вином, Но решето вином, видать, залили. Пегас и Музы (друг мой и гарем)! Вернитесь срочно, рифмы подскажите, А заодно и мысли. Наш тандем (Гурьба, вернее)… Ох, меня держите Хоть пятеро, хоть семеро друзей – Не удержать меня в полёте чувства И рифмы стихотворной. Сам Орфей Не смог бы лучше показать искусства. 2. Чуть что – опять туман в стихи вплывает. Не первый раз и даже не второй. Ещё раз сто вползёт. И подыграет Стихам моим. Туману не впервой. Пегас, чего ты скачешь, будь послушен! На небеса скорей меня неси. Хозяин твой сегодня добродушен – Брыкаться будешь, я возьму такси. Эй, Музы, урезоньте вы Пегаса! Иль не в гареме вы моём уже? От рук отбились? Или вне Парнаса Вы позабыли, кто ваш протеже? Тумана обожаю напускать Побольше, чтобы дымкою стелился, Лиричный чтобы образ создавать, Чтоб век серебряный в стихе сгустился. Давно все знают, всадник – это я. Я усмирю упрямого Пегаса. И в область сказки вы за мной, друзья, Войдёте по-людски, не биомассой. Я призову к себе не только Муз. В туман пускай войдут все, кто читает Мои стихи и кто священней уз, Чем узы созидателей, не знает. Я всем своё добро (стихи) дарю. Взамен мне ничего (чужих стихов) не надо. Я мило за ответ благодарю, Настаивать, однако же, чревато. А все противники лирических стихов (Моих, конечно) сгинут, как в пучине, Во глубине сибирских руд (или веков), Никто помочь не сможет дурачинам. Года́, года́... Иль го́ды позади. А ты ещё жива, моя старушка. Пора уж к Богу, в небо погляди, Карга ты старая и бывшая девчушка. Была моей ты раньше. Чья теперь? Кому теперь нужна ты с сединою? Амбиции свои ты поумерь. Туманом насладись сейчас со мною. О, женщина! А если хочешь, сядь На моего Пегаса ненадолго. Надолго даже смысла нет желать: Мгновенно конь раскусит балаболку. Батыр тут только я, как и поэт. Так описать туман никто не сможет, Как я смогу. И я не тет-а-тет, Публично повторю: батыр я тоже! Я лучший всадник, кто взнуздал коня По имени Пегас. Мне в помощь Музы. Опять туман. Меня и вас пленя, Повиснет вдруг на мне он мёртвым грузом. Теперь я солнца яркого хочу. Поэта допекли обман и порча. Чего ж я снова про туман мычу? Ужели я в стихах стал неразборчив? 3. Теперь понять бы, где я нахожусь Я дома или я из дома вышел? Здоровым вкруг Пегаса суечусь Иль, может, съехала моя шальная крыша? Ни горы, ни овраги и ни лес, Ни океан без дна передо мною, А поле то ли русское чудес, То ли башкирское, заросшее травою. Один туман константой предо мной. Пегас и Музы. Нужно ли иное? Держу я пистолетом хвост. Трубой Пусть держат те, кто любит бытовое. В тумане свет небесного огня Я вдруг увидел. Музам всем спасибо! Пегас, ко мне! Вот в стремени ступня – И вот уж в небе поэтическая глыба! Я буду жить, а значит, не помру. Грудь колесом я выкачу привольно. Кто против моего стиха, того сотру Я в порошок, а это очень больно. Потомки разберутся и поймут, Душа моя мой прах в заветной лире Переживёт. Потомки отольют Мне памятник. Иль бюст в моей квартире.