Почему я занимаюсь исследованием прусской языческой традиции?

Я долго думал над тем, как сказать о том, почему я всем этим занимаюсь. Я понял, что, видимо, настала пора. Итак, почему я, собственно, работаю с прусскими рунами и продолжаю прусскую языческую традицию? На самом деле, этот вопрос очень простой лично для меня, но очень сложный для понимания других людей. Когда я первый раз попал в этот город и понял, что здесь есть что-то неуловимо притягательное, но не очень понятное и загадочное для меня, мне захотелось вернуться сюда снова. И когда я уже переехал сюда насовсем, я понял, что меня притягивает это то, что здесь существовало всегда и существует до сих пор. Это прусская культура, которая никуда не делась. Это балтийский дух и особый менталитет, который здесь всё равно существует, что бы здесь ни происходило. Это история, это названия мест и улиц, и городов, и рек, и озёр. Всё здесь пропитано прусской культурой. Я стал её изучать, я стал изучать прусский язык для того, чтобы прочитать все тексты, которые были посвящены этой теме в оригинале. Я понял, как много силы это всё даёт, как много уверенности в себе даёт понимание этого пути. Сейчас это моя миссия. Я не просто перевожу тексты, я не просто собираю статьи, потому что на русском языке, разумеется, ни одной книги про балтийское прусское язычество не написано. Так и на других языках нет ни одной книги, ни одного исследования именно про балтийскую традицию, про прусскую традицию. И сейчас, когда это всё активно возрождается, когда прусский язык и прусская культура привлекают к себе внимание десятков тысяч людей во всём мире, я понимаю, насколько это важно, насколько важно, находясь на территории Пруссии, говорить о прусской традиции. Прусские руны — это тоже продукт моих четырёхлетних исследований. Я изучал историю самих рун, то, как они использовались и используются, то, как они отличаются и в чём они похожи на скандинавские руны. Выяснил, что они произошли от готских рун, которые использовались до четырнадцатого, четвёртого века, а в некоторых местах и позже. Это всё мой путь, моя миссия, моё исследование, и это то, что может помочь другим людям. Прежде всего вам, мои дорогие подписчики. Я не просто делаю расклады, я отвечаю на вопросы, на которые вы сами не всегда можете найти ответ. Я помогаю выбрать тот или иной способ решения той или иной проблемы. Я говорю, с чем руны могут работать, а с чем — не могут. У прусских рун свой характер. И я — единственный в мире специалист по современным прусским языческим рунам. Они признаны в научном мире как рунический алфавит. Они официально считаются рунами и вовсю используются в наше время носителями прусского языка, но в изобразительных целях — как отдельный вид письма, как отдельный вид передачи прусской идентичности. А я работаю с ними как с мантическим инструментом, потому что всю информацию, от которой я мог оттолкнуться и дальше работать, я собирал буквально по крупицам. И теперь я могу говорить, что это и мой путь, и моя возможность дать миру больше уверенности в наше лишённое уверенности тревожное время. Так что я остаюсь с вами, я всегда помогу вам советом, я и дальше буду просвещать вас и помогать всем, кто приходит ко мне, потому что это прежде всего духовная миссия. Вот почему я занимаюсь тем, чем я занимаюсь.