Владимир Путин. Ответы на вопросы российских журналистов 20 июня 2024 года
В завершение государственного визита во Вьетнам Владимир Путин ответил на вопросы представителей российских СМИ. Ханой 20 июня 2024 года. П.Минаков: Между РФ и КНДР заключён Договор о всеобъемлющем стратегическом партнёрстве, который в том числе предусматривает сотрудничество в военно-технической сфере и в оборонной. Последний пункт в оборонной сфере предусматривает взаимопомощь государств – участников этого договора в случае нападения третьей стороны. У меня в связи с этим вопрос, но он будет состоять из подвопросов, из нескольких частей. Первое – при каких случаях предусматривается введение в действие этой части договора? В том числе – второе – касается ли это ситуации на Украине? И допускаете ли вы возможность задействования в СВО добровольцев и солдат из КНДР? И в развитие военно-технической сферы третий вопрос. Россия и КНДР находятся в числе… Единственные, на кого столько санкций наложено. Намерена ли Москва отказаться от всех ограничений, которые в том числе наложены с помощью международных санкций, и развивать сотрудничество с КНДР в военно-технической сфере в полной мере? В.Путин: У вас целый набор вопросов, поэтому давайте частями. Первое – при каких условиях будут задействованы те части договора, касающиеся взаимной помощи в военной сфере, да? Первое, что хочу сказать и на что хочу обратить внимание: почему-то аналитики… ну может быть, и обратили [внимание] – я не заметил, во всяком случае, да и смотреть, честно говоря, некогда было. Но тем не менее хочу обратить внимание вот на что: ведь этот договор – это не новинка какая-то. Мы заключили этот договор в связи с тем, что старый договор прекратил существование, а в нашем прежнем договоре – по-моему, 1962 года, что ли, – всё то же самое было. Здесь нет никакой новизны. Конечно, в современных условиях это смотрится как-то особенно остро, но тем не менее мы почти ничего не поменяли, и Корейская Народно-Демократическая Республика имеет подобные договоры и с другими странами. Первое. Дальше, по поводу поводов оказания взаимной военной помощи – там же написано: в случае агрессии, военной агрессии. Теперь что касается Украины. Украинский режим начал агрессию не против России, он начал агрессию ещё против признанных нами Луганской и Донецкой народных республик до того, как они вошли в состав Российской Федерации. Теперь по поводу того, чтобы как-то использовать возможности друг друга в этом конфликте. Мы никого об этом не просим, нам никто этого не предлагал, поэтому нет никакой необходимости. Что там было ещё? П.Минаков: По поводу санкций. В.Путин: Что касается санкций, я уже говорил и, по-моему, на встрече с вашими коллегами – руководителями мировых информационных агентств, я тогда сказал, что некоторые санкции, которые были введены против Северной Кореи, мягко говоря, выглядят как-то очень странно. Как известно, я родом из Ленинграда. Что переживал Ленинград в годы Второй мировой войны, в годы Великой Отечественной войны, все очень хорошо знают. Это блокада, когда людей морили голодом. Есть потери, как вам известно, и в моей семье по этому поводу: у меня брат умер практически от голода в блокаду, заболел и умер. А что сейчас происходит с Северной Кореей? Можно как угодно относиться к режиму, но вводить, скажем, ограничения, связанные с трудовой миграцией, это как-то странно выглядит. Это к чему ведёт? Ведёт к тому, чтобы семьи, даже если они находятся в очень сложном материальном положении, не имели возможность где-то заработать и кормить своих детей. Это ничего не напоминает? Разве это гуманно? Поэтому и санкции, которые вводятся, прежде всего, конечно, в данном случае по политическим соображениям, они всё-таки должны соответствовать современному уровню развития человечества. Поэтому я сказал, выступая в Пхеньяне, сказал это искренне, что нам нужно всем вместе подумать на тему о том, как и что нужно менять в этом санкционном режиме и вообще соответствует ли он требованиям сегодняшнего дня. К.Коковешников: В продолжение темы Украины. В.Путин: Да, пожалуйста. К.Коковешников: Добрый день! Телеканал «Звезда», Коковешников Константин. Скажите, пожалуйста, как бы Вы могли прокомментировать реакцию стран Запада, вернее, фактически отказ от предложенных Вами условий мирного завершения конфликта на Украине? Ведь Вы же вряд ли могли не ожидать такой реакции. И что всё-таки стояло за Вашим решением публично назвать условия для мирного завершения конфликта, которые вроде как должны были стать предметом кулуарных переговоров? Или всё-таки надежды на них теперь уже окончательно не оправдались? В.Путин: Вы знаете, мы вели эти кулуарные переговоры, и на это надежды действительно пока не оправдались. Что касается реакции наших так называемых западных партнёров – Вы сказали, что я, видимо, не ждал, – нет, как раз наоборот, я как раз ожидал именно такой реакции на первом этапе. Но что будет позднее, это время покажет. Всё будет зависеть от того, как будет меняться ситуация на земле. Думаю, что некоторые здравомыслящие политики ещё задумаются о ...
В завершение государственного визита во Вьетнам Владимир Путин ответил на вопросы представителей российских СМИ. Ханой 20 июня 2024 года. П.Минаков: Между РФ и КНДР заключён Договор о всеобъемлющем стратегическом партнёрстве, который в том числе предусматривает сотрудничество в военно-технической сфере и в оборонной. Последний пункт в оборонной сфере предусматривает взаимопомощь государств – участников этого договора в случае нападения третьей стороны. У меня в связи с этим вопрос, но он будет состоять из подвопросов, из нескольких частей. Первое – при каких случаях предусматривается введение в действие этой части договора? В том числе – второе – касается ли это ситуации на Украине? И допускаете ли вы возможность задействования в СВО добровольцев и солдат из КНДР? И в развитие военно-технической сферы третий вопрос. Россия и КНДР находятся в числе… Единственные, на кого столько санкций наложено. Намерена ли Москва отказаться от всех ограничений, которые в том числе наложены с помощью международных санкций, и развивать сотрудничество с КНДР в военно-технической сфере в полной мере? В.Путин: У вас целый набор вопросов, поэтому давайте частями. Первое – при каких условиях будут задействованы те части договора, касающиеся взаимной помощи в военной сфере, да? Первое, что хочу сказать и на что хочу обратить внимание: почему-то аналитики… ну может быть, и обратили [внимание] – я не заметил, во всяком случае, да и смотреть, честно говоря, некогда было. Но тем не менее хочу обратить внимание вот на что: ведь этот договор – это не новинка какая-то. Мы заключили этот договор в связи с тем, что старый договор прекратил существование, а в нашем прежнем договоре – по-моему, 1962 года, что ли, – всё то же самое было. Здесь нет никакой новизны. Конечно, в современных условиях это смотрится как-то особенно остро, но тем не менее мы почти ничего не поменяли, и Корейская Народно-Демократическая Республика имеет подобные договоры и с другими странами. Первое. Дальше, по поводу поводов оказания взаимной военной помощи – там же написано: в случае агрессии, военной агрессии. Теперь что касается Украины. Украинский режим начал агрессию не против России, он начал агрессию ещё против признанных нами Луганской и Донецкой народных республик до того, как они вошли в состав Российской Федерации. Теперь по поводу того, чтобы как-то использовать возможности друг друга в этом конфликте. Мы никого об этом не просим, нам никто этого не предлагал, поэтому нет никакой необходимости. Что там было ещё? П.Минаков: По поводу санкций. В.Путин: Что касается санкций, я уже говорил и, по-моему, на встрече с вашими коллегами – руководителями мировых информационных агентств, я тогда сказал, что некоторые санкции, которые были введены против Северной Кореи, мягко говоря, выглядят как-то очень странно. Как известно, я родом из Ленинграда. Что переживал Ленинград в годы Второй мировой войны, в годы Великой Отечественной войны, все очень хорошо знают. Это блокада, когда людей морили голодом. Есть потери, как вам известно, и в моей семье по этому поводу: у меня брат умер практически от голода в блокаду, заболел и умер. А что сейчас происходит с Северной Кореей? Можно как угодно относиться к режиму, но вводить, скажем, ограничения, связанные с трудовой миграцией, это как-то странно выглядит. Это к чему ведёт? Ведёт к тому, чтобы семьи, даже если они находятся в очень сложном материальном положении, не имели возможность где-то заработать и кормить своих детей. Это ничего не напоминает? Разве это гуманно? Поэтому и санкции, которые вводятся, прежде всего, конечно, в данном случае по политическим соображениям, они всё-таки должны соответствовать современному уровню развития человечества. Поэтому я сказал, выступая в Пхеньяне, сказал это искренне, что нам нужно всем вместе подумать на тему о том, как и что нужно менять в этом санкционном режиме и вообще соответствует ли он требованиям сегодняшнего дня. К.Коковешников: В продолжение темы Украины. В.Путин: Да, пожалуйста. К.Коковешников: Добрый день! Телеканал «Звезда», Коковешников Константин. Скажите, пожалуйста, как бы Вы могли прокомментировать реакцию стран Запада, вернее, фактически отказ от предложенных Вами условий мирного завершения конфликта на Украине? Ведь Вы же вряд ли могли не ожидать такой реакции. И что всё-таки стояло за Вашим решением публично назвать условия для мирного завершения конфликта, которые вроде как должны были стать предметом кулуарных переговоров? Или всё-таки надежды на них теперь уже окончательно не оправдались? В.Путин: Вы знаете, мы вели эти кулуарные переговоры, и на это надежды действительно пока не оправдались. Что касается реакции наших так называемых западных партнёров – Вы сказали, что я, видимо, не ждал, – нет, как раз наоборот, я как раз ожидал именно такой реакции на первом этапе. Но что будет позднее, это время покажет. Всё будет зависеть от того, как будет меняться ситуация на земле. Думаю, что некоторые здравомыслящие политики ещё задумаются о ...