Забытый случай
Забытый случай - Николай Грищенков Альбом - "Моя душа" Released on: 2016г Автор стихов - Анатолий Жигулин Текст Забытый случай,дальний дальний мерцает в прошлом как свеча в холодном БУРе на Центральном мы удавили стукача нас было в камере двенадцать он был, тринадцатым подлец по части всяких провокаций ещё по воле был он спец он нас закладывал с умением он был "наседкой" среди нас но вот пришёл конец терпению пробил его последний час его притиснутого к нарам хвостом начавшего крутить любой из нас одним ударом досрочно мог освободить но чтоб ни кто не смог сознаться когда допрашивать начнут его душили все двенадцать тянули с двух сторон за жгут нас кум допрашивал подробно морил в кондее сколько мог нас били бешенно и злобно но мы твердили; - и хоть отметки роковые на шее видел мал и стар врач записал - Гипертония в его последний формуляр и на погосте под забором где не росла трава с тех пор он был земельным прокурором навечно принят под надзор промчались годы словно выстрел и в память тех далёких дней двенадцатая часть убийства лежит на совести моей.
Забытый случай - Николай Грищенков Альбом - "Моя душа" Released on: 2016г Автор стихов - Анатолий Жигулин Текст Забытый случай,дальний дальний мерцает в прошлом как свеча в холодном БУРе на Центральном мы удавили стукача нас было в камере двенадцать он был, тринадцатым подлец по части всяких провокаций ещё по воле был он спец он нас закладывал с умением он был "наседкой" среди нас но вот пришёл конец терпению пробил его последний час его притиснутого к нарам хвостом начавшего крутить любой из нас одним ударом досрочно мог освободить но чтоб ни кто не смог сознаться когда допрашивать начнут его душили все двенадцать тянули с двух сторон за жгут нас кум допрашивал подробно морил в кондее сколько мог нас били бешенно и злобно но мы твердили; - и хоть отметки роковые на шее видел мал и стар врач записал - Гипертония в его последний формуляр и на погосте под забором где не росла трава с тех пор он был земельным прокурором навечно принят под надзор промчались годы словно выстрел и в память тех далёких дней двенадцатая часть убийства лежит на совести моей.