Гений к гению шёл
СТИХ САНДЖАРА ЯНЫШЕВА Обживаю письмом эту кафель, Корь паркета, балконную дверь, Сонно вдавшуюся под кайфом Чередой пропотевших ветвей. Это сколько ж ещё насвая Тёмной речи из-под языка Станет костью и мясом, пока Я у летнего камелька Новый адрес письмом обживаю... – Дом, – пишу, – сколько крошек в постели!.. – Сам на люстру кошусь. – Накажи: Как делить твои призраки с теми, Кто здесь жил, когда я здесь не жил? Много ль твари живой из глины – Я намою – ночных часов, Прежде чем под шушуканье швов На обоях проступят маслины Моих собственных мертвецов?.. *** МОЯ ПАРОДИЯ Разрисую чужую квартиру, Свой насваем набив организм. Своему посвящаю кумиру Я графический постмодернизм. Я фанатик Малевича давний. И поэтому чёрный квадрат – На всех стенах незамысловат. На полу – тоже будет формат. И в соотире – подавно забавней. Вот вам, мыслю, хозяева жизни, Наслаждайтесь Малевичем впрок. Все творения небескорыстны Мне заплатят за труд, я аж взмок. Вдруг Малевич является лично: Со стены иль с небес снизошёл. Свят-свят-свят, языком я наплёл. Чур меня, закричал драматично. …Понял вдруг: гений к гению шёл.
СТИХ САНДЖАРА ЯНЫШЕВА Обживаю письмом эту кафель, Корь паркета, балконную дверь, Сонно вдавшуюся под кайфом Чередой пропотевших ветвей. Это сколько ж ещё насвая Тёмной речи из-под языка Станет костью и мясом, пока Я у летнего камелька Новый адрес письмом обживаю... – Дом, – пишу, – сколько крошек в постели!.. – Сам на люстру кошусь. – Накажи: Как делить твои призраки с теми, Кто здесь жил, когда я здесь не жил? Много ль твари живой из глины – Я намою – ночных часов, Прежде чем под шушуканье швов На обоях проступят маслины Моих собственных мертвецов?.. *** МОЯ ПАРОДИЯ Разрисую чужую квартиру, Свой насваем набив организм. Своему посвящаю кумиру Я графический постмодернизм. Я фанатик Малевича давний. И поэтому чёрный квадрат – На всех стенах незамысловат. На полу – тоже будет формат. И в соотире – подавно забавней. Вот вам, мыслю, хозяева жизни, Наслаждайтесь Малевичем впрок. Все творения небескорыстны Мне заплатят за труд, я аж взмок. Вдруг Малевич является лично: Со стены иль с небес снизошёл. Свят-свят-свят, языком я наплёл. Чур меня, закричал драматично. …Понял вдруг: гений к гению шёл.