Нынче Кейнс он, а прежде был Смитом

СТИХ ОСИПА МАНДЕЛЬШТАМА Мы живём, под собою не чуя страны, Наши речи за десять шагов не слышны, А где хватит на полразговорца, Там припомнят кремлёвского горца. Его толстые пальцы, как черви, жирны, А слова, как пудовые гири, верны, Тараканьи смеются усища, И сияют его голенища. А вокруг него сброд тонкошеих вождей, Он играет услугами полулюдей. Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет, Он один лишь бабачит и тычет, Как подкову, куёт за указом указ – Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз. Что ни казнь у него – то малина И широкая грудь осетина. *** МОЯ ПАРОДИЯ Мы и нынче живём, и страна «где-то там». Это наша страна. Пусть назло всем ветрам. Сверху вниз, как и прежде взирает, Хоть не горец пока… Утешает. Но и горец имеется. Не маргинал. Пехотинцем себя он когда-то признал. Тот поймёт, кто не понял , дон-доны! Разношёрстны в России жаргоны. А вокруг благодать – не видать ни черта. Не видать ни черта – знать, вокруг красота. Олигархи, спецслужбы, вояки – Значит, скоро возникнут шараги. Друг детей и спортсменов (и бывший гэбист), «Полководец Суворов» и «экономист». Нынче Кейнс он, а прежде был Смитом. …Мир ошибся, считая бандитом.