На её лепестках проступила сначала роса...
На её лепестках проступила сначала роса, Бирюзовым огнём заполняя пространство меж ними, А потом уж шелка и батист, от безлуния синий, Дал ладошкам моим окунуться в её волоса. И почувствовать в явь еле слышный в ночи шепоток, То не шепот травы, то шумы ковылей серебристых, И на сердце в тот миг, и легко, и светло, и лучисто, Что становишься сам, словно тот, что в росе лепесток. Это миг Бытия - распускается алая роза, Это Страсти порыв и Великого Счастия слёзы, Ведь с бутона огонь, да такой, что по дальним горам Заворчали орлы, замолчали ворчливые грозы, Под окном от ветров затрещали ветвями берёзы... Нет тех красок-кистей, чтоб об этом поведать мне вам.
На её лепестках проступила сначала роса, Бирюзовым огнём заполняя пространство меж ними, А потом уж шелка и батист, от безлуния синий, Дал ладошкам моим окунуться в её волоса. И почувствовать в явь еле слышный в ночи шепоток, То не шепот травы, то шумы ковылей серебристых, И на сердце в тот миг, и легко, и светло, и лучисто, Что становишься сам, словно тот, что в росе лепесток. Это миг Бытия - распускается алая роза, Это Страсти порыв и Великого Счастия слёзы, Ведь с бутона огонь, да такой, что по дальним горам Заворчали орлы, замолчали ворчливые грозы, Под окном от ветров затрещали ветвями берёзы... Нет тех красок-кистей, чтоб об этом поведать мне вам.