Как вовремя все символы родятся!
СТИХ АЙДАРА ХУСАИНОВА ИЗ ГАЗЕЛ СААДИ Она была угрюмый, толстый мальчик. Ну что сказать? Неплохо для начала. Но в ней порой сверкала искра фальши, Что душу озорную выдавало. Я стал её водить, как собачонку, С друзьями познакомил и врагами. Она за мной ходила, как бочонок, Смешной бочонок с толстыми ногами. В компаниях она всегда молчала, Оттаивала, жалобно смелела. И как-то раз – неплохо для начала – Сказала правду. В этом было дело. Смешной щенок вдруг показал нам зубки! И всей толпой друзья захохотали. Что было дальше? Дальше – те же шутки. Никто не знал. Да если б даже знали? На что нам жизнь с её душевной мукой? К чему обман? Ведь это неприятно. Смешной щенок, ты стал матёрой сукой, Ты громким лаем возвещаешь правду. И пусть твой лай болтается в пространстве, И возвращается набухшей, грозной тенью, Но жить нельзя на свете без обмана, Без фальши, без наивной потетени, Без радуги-игры дождя и солнца, Без радости-игры любви и жизни, Без глупого восторга стихотворца, Без женщины – весёлой и капризной… *** МОЯ ПАРОДИЯ Она была «оно» на самом деле. А, может быть, она была «они». И то, и эти нынче как-то осмелели – Вокруг них нынче много болтовни. Неплохо говоришь? Великолепно! Верней, ужасней выдумать нельзя. Она – оно, как это непотребно! Как время рвёт вперёд, не тормозя! И вот она-оно пришло в компашку. Понятно, что по моське получило. – Ты лучше обратись назад в Наташку, – Сказали ей-ему. Оно свалило. Потом оно молчало постоянно, И голову пониже опускало, Стараясь просочиться филигранно, Когда вблизи компании видало. И вдруг оно представилось собакой. И не большущим псом – щенком игривым (Готовым вырасти и ринуться в атаку, Став псом огромным и не молчаливым). Огромным псом стать не далась попытка. И сукою матёрою не стало. А трансвеститом или трансвеститкой Оно себя в историю вписало. И радуга на небе заиграла. Как вовремя все символы родятся! Рвануло время. Только успевало Оно во все пределы разрастаться.
СТИХ АЙДАРА ХУСАИНОВА ИЗ ГАЗЕЛ СААДИ Она была угрюмый, толстый мальчик. Ну что сказать? Неплохо для начала. Но в ней порой сверкала искра фальши, Что душу озорную выдавало. Я стал её водить, как собачонку, С друзьями познакомил и врагами. Она за мной ходила, как бочонок, Смешной бочонок с толстыми ногами. В компаниях она всегда молчала, Оттаивала, жалобно смелела. И как-то раз – неплохо для начала – Сказала правду. В этом было дело. Смешной щенок вдруг показал нам зубки! И всей толпой друзья захохотали. Что было дальше? Дальше – те же шутки. Никто не знал. Да если б даже знали? На что нам жизнь с её душевной мукой? К чему обман? Ведь это неприятно. Смешной щенок, ты стал матёрой сукой, Ты громким лаем возвещаешь правду. И пусть твой лай болтается в пространстве, И возвращается набухшей, грозной тенью, Но жить нельзя на свете без обмана, Без фальши, без наивной потетени, Без радуги-игры дождя и солнца, Без радости-игры любви и жизни, Без глупого восторга стихотворца, Без женщины – весёлой и капризной… *** МОЯ ПАРОДИЯ Она была «оно» на самом деле. А, может быть, она была «они». И то, и эти нынче как-то осмелели – Вокруг них нынче много болтовни. Неплохо говоришь? Великолепно! Верней, ужасней выдумать нельзя. Она – оно, как это непотребно! Как время рвёт вперёд, не тормозя! И вот она-оно пришло в компашку. Понятно, что по моське получило. – Ты лучше обратись назад в Наташку, – Сказали ей-ему. Оно свалило. Потом оно молчало постоянно, И голову пониже опускало, Стараясь просочиться филигранно, Когда вблизи компании видало. И вдруг оно представилось собакой. И не большущим псом – щенком игривым (Готовым вырасти и ринуться в атаку, Став псом огромным и не молчаливым). Огромным псом стать не далась попытка. И сукою матёрою не стало. А трансвеститом или трансвеститкой Оно себя в историю вписало. И радуга на небе заиграла. Как вовремя все символы родятся! Рвануло время. Только успевало Оно во все пределы разрастаться.