Молю Его...
Если ты говоришь с Богом, то это молитва, а если он с тобой — это шизофрения. Томас Сас Их сонм и сонм, кто отнят-перемножен, Кто поделён на тишь ночных аллей, И Пушкин здесь, и Чёрный, и Волошин, А мне вот Блок и ближе, и милей. В его тоске дымы костров и дева, До коей - Жизнь иль более того, И огнь листвы у сваленного древа, И тени блик закатный от него. И дикий стон ветров над тихим ставом, И камыши, и утки, и зима, Ни шагу вверх, ни взгляд тревожный вправо, Хватило лишь бы зрелого ума. Потом смогу пройти над бездной века, Свои года собрав в пушистый ком... Обрёл давно я званье человека, А вот душа в движении лихом. И всё во мглу, в войну её и тела, В борьбу себя невинного с собой, Глава давно от горя поседела, Но я ещё не символ, не герой. Вопрос? я стар, беззуб, устал, измучен, Дай Бог, строка, но та уже бледна, Я стал давно обыденно-беззвучен, Как в небесах усталая луна. Но...больно мне, и кровь застыла в вене, Не лето ведь - метели в феврале... Я здесь, пред Ним, пред Богом на коленях, Молю его о мире на земле.
Если ты говоришь с Богом, то это молитва, а если он с тобой — это шизофрения. Томас Сас Их сонм и сонм, кто отнят-перемножен, Кто поделён на тишь ночных аллей, И Пушкин здесь, и Чёрный, и Волошин, А мне вот Блок и ближе, и милей. В его тоске дымы костров и дева, До коей - Жизнь иль более того, И огнь листвы у сваленного древа, И тени блик закатный от него. И дикий стон ветров над тихим ставом, И камыши, и утки, и зима, Ни шагу вверх, ни взгляд тревожный вправо, Хватило лишь бы зрелого ума. Потом смогу пройти над бездной века, Свои года собрав в пушистый ком... Обрёл давно я званье человека, А вот душа в движении лихом. И всё во мглу, в войну её и тела, В борьбу себя невинного с собой, Глава давно от горя поседела, Но я ещё не символ, не герой. Вопрос? я стар, беззуб, устал, измучен, Дай Бог, строка, но та уже бледна, Я стал давно обыденно-беззвучен, Как в небесах усталая луна. Но...больно мне, и кровь застыла в вене, Не лето ведь - метели в феврале... Я здесь, пред Ним, пред Богом на коленях, Молю его о мире на земле.
